При этом глубоком убеждении мы все же тщательно следили за своей внешностью. В юности человек круглосуточно не сходит с подмостков. Поэтому надо выглядеть. Иначе зачем мама старательно перешивает для меня куртки старшего брата, а я свои непослушные волосы мучаю бриолином? Нет, все имеет отношение именно что к чему-то главному во мне.

Вернее, во мне все главное, потому что все — мое, и мой внешний вид, голос, жест и есть Я в самом при этом неоспоримом своем проявлении. И ни одна девочка не согласится с песней, что вот, мол, «не родись красивой, а родись счастливой». Каждая хочет быть красивой и знает: это и есть самый короткий путь к счастью. А дурнушки пусть читают на школьных вечерах Заболоцкого про то, что такое красота: «Сосуд она, в котором пустота, или огонь, мерцающий в сосуде». Скучно и нужно только для тех, кому не повезло.

Фраза пришлась кстати. Вот, например, в книге или в кино сразу видно, когда появляется предатель или бандит. Руки у него потеют, улыбка фальшивая, брюки и рукава куртки короткие, наигранный смех, а взгляд при этом отводит в сторону — обдумывает, как бы лучше обмануть. Остальные герои просто наивные, не сразу замечают. Но мы-то видим сразу. Да и в жизни тот, кто нам неприятен, имеет, как правило, отталкивающие манеры, внешность и даже фамилию. По манере одеваться легко можно определить, кто щелкопер, а кто кинозвезда.

Но все мы еще при этом и идеалисты, ибо свято убеждены в собственной нравственной непорочности. Искренне верим в то, что говорим, и думаем, что думаем то, что думаем в данную минуту, а хотим того, чего хотят все хорошие люди на земле. Тут и соображать ничего не надо — достаточно посмотреть в глаза, которые ведь никогда не лгут (эта поговорка годилась).

Боже, с какой наивностью и бесстрашием можно было тогда предложить посмотреть в глаза и как хороша была жизнь в лучезарно-одномерном мире!